Архив по тегам: отношения

Про-феминизм для пацанов

Специальный пост для того, чтобы отправлять к нему как к базе в любых дискуссиях про феминизм с русскоязычными чуваками (и пытающимися соответствовать чувихами), которые говорят, что феминизм — это про мужененавистничество и волосатые подмышки, или просто начинают глупые танцы лишь заслышав это слово.

Тут есть два момента, про которые просто надо стать в курсе. Узнать, соотнести с ними свою картину мира и дальше уже рулить, имея их в виду.

Пункт первый, это культура изнасилования как основа межгендерных отношений в русскоязычной богом спасаемой цивилизации в целом (дорогие братья хохлы, не волнуйтесь, у вас… да, именно, хуже, спасибо).

Для того, чтобы проникнуться особенностями национальной психологии, прочтите вот этот текст. А потом уже дальше шутите про то, надо ли давать мужчинам медали за домогательства к женщине, не соответствующей вашим стандартам внешности. Возможно стоит, для поддержания национального самосознания, если оно действительно в этом.

Второй момент — разговоры о каких-то определённых женских ценности, предназначении и сексуальном поведении, отличающихся от общечеловеческих. Просто узнайте, как и почему эта история возникла и как формировалась в ходе развития нашего социума.

Да, я знаю, что это довольно попсовое объяснение, оно специально так сделано, так было надо по контексту выступления. Но если вы всерьёз сумеете высказать фактологические претензии, то я выкачу в ответ библиографию к нему из историков и антропологов, по большей части не на русском и полностью 21 века. То есть антропология и психология будут свежие, после МРТ и секвенирования ДНК. Пока никто из “критиков” с этой задачей не справился.

А теперь можете продолжить дискуссию про дур с волосатыми подмышками, которые лучше бы “попробовали это сделать в мичети”, но уже зная всё то, что только что узнали.

Leave a comment

Про любовь и любовь к себе (перевод)

Одна из самых больших, хоть и немного странных, опасностей влюблённости в том, что происходит, когда нам начинают на наши чувства отвечать.

Дело в том, что мы влюбляемся, потому что мы хотим сбежать от себя в объятия человека, который кажется настолько прекрасным и совершенным, насколько мы себе кажемся испорченными, глупыми и посредственными. Но что, если такое существо в один прекрасный день замечает нас и начинает любить в ответ? Ничто не может дискредитировать его быстрее. Как может оно быть настолько божественным, как мы надеялись, если у него настолько дурной вкус, чтобы одобрить кого-то типа нас?

Получается, что определённая степень любви к себе совершенно необходима для хороших отношений; строится это годами, по большей части в детстве. Чтобы не реагировать по-идиотски на чувства, которые мы получаем от взрослых партнёров, нам требуется переживание достоинства любви. Без разумной дозы любви к самому себе любовь другого всегда будет отвратительной и ошибочной, и мы бессознательно и саморазрушительно её разочаруем и отвергнем. Просто нам кажется более нормальным и поэтому более комфортным, когда нас не любят или игнорируют, если это как раз то, что мы обычно получали.

Если мы не до конца убеждены в том, что нас можно любить, ответные чувства кажутся нам незаслуженной наградой за достижения, которых у нас нет. Те, кому не повезло влюбиться в типаж себя-не-любящих, должны подготовиться к обвинениям за всех лжецов и льстецов сразу.

Есть старая шутка Граучо Маркса о том, что он не удостоит присутствием тот клуб, который хочет видеть его своим членом. Мы смеёмся над “марксистской” позицией из-за абсурдного противоречия: как мы можем хотеть быть членом клуба и тут же переставать, как только это стало реальностью? Почему мы не можем быть просто счастливы от того, что получилось?

Ответ лежит в ненависти к себе; потому что многие из нас, которых принимают в важные и прекрасные клубы, не чувствуют, что внутренности нашей души достаточно подходят для этого. Мы удивляемся, как же нам продолжить дальше верить в этот клуб, или в то, что объект нашей любви на самом деле верит в нас.

Момент “марксистского” движения есть в каждых отношениях, когда становится понятно, что любовь будет взаимной; что мы не просто будем уважать кого-то издалека без надежды на взаимность. Как это разрешается, зависит от баланса между любовью к себе и ненавистью к себе. Если выигрывает ненависть к себе, то тот, кого полюбили в ответ, будет говорить, что тот, кого любили сначала (по той или иной причине) недостаточно для него хорош (из-за добродетели связываться со всякими нехорошими людьми).

Но если выигрывает любовь к себе, то оба партнёра могут принять, что когда им отвечают на чувства это не доказательство того, что объект любви низко пал, а то, что они действительно оказались достойны любви. Получается, что знание, как немного любить себя, это одна из самых добрых и романтичеких вещей, которую мы можем сделать для своих близких.

отсюда

Leave a comment

Почему нет греха ни на ком из нас (перевод)

По традиции христианство много говорит о грехе. Церковь в IV в. обозначила “7 смертных грехов”, личностных недостатков, которые особенно осуждаются и избегаются праведными людьми. Это у нас:
1. Гордыня (снобизм и хвастовство)
2. Зависть
3. Гнев (очень сильная ярость)
4. Чревоугодие (переедание)
5. Блуд (желание спать с кем попало)
6. Уныние (лень)
7. Алчность

Христианство считает, что эти конкретные недостатки души делают человека подходящей мишенью для наказания и поругания. Сам Господь в Судный День был бы беспощаден к грешникам и послал бы их провести тысячи лет в тёмных мучительных уголках Чистилища.

Сейчас мы не используем традиционные слова из теологии, и может быть, не представляем себе Создателя как кого-то, кто организует наказание для людей в загробной жизни. Но мы склонны убийственно невеликодушную относиться к недостаткам личности и реагировать на неблагоприятные стороны характера в реальном мире и в интернете.

Мы можем думать, что нашей резкостью мы помогаем человечеству улучшиться, но если это на самом деле наша цель, то стоит заглянуть за осуждение в попытке понять, что действительно управляет людьми в их самые прискорбные моменты.

Мы продолжаем натыкаться на удивительную правду: поведение, которое мы называем грехом, никогда не однозначно. Оно всегда представляет из себя неудачную реакцию на трудности и бедствия, которая может быть перенаправлена в более благородное русло, если будет вовремя понята, прощена и направлена. Мы не злые, скорее нам просто больно, причём сразу в нескольких местах.

Давайте рассмотрим каждый из семи грехов по очереди:

Гордыня — может показаться, что мы хвастаемся и рисуемся, потому что очень довольны собой. Всё не так. Хвастовство — это просто ответ на чувство невидимости. Нам так нужно верить в нашу собственную важность, потому что (внутри, за кулисами) само наше право на существование очень сильно под вопросом. Мы думаем, что если мы не будем драматически отстаивать собственное величие, то другие почти неизбежно будут думать про нас плохо. Вот почему именно надменным людям не надо говорить, что они ужасны. Они и так это в тайне знают. Им нужна поддержка в том, чтобы чувствовать более подлинную гордость за их настоящие заслуги, как и поддержка в том, чтобы справиться с маниакальным желанием привлекать внимание других.

Зависть — зависть это один из некрасивых способов контакта с тем, что в других контекстах — основа достойных амбиций и скромности характера, а именно с пониманием, что мы несовершенны, неполны и нуждаемся в улучшении. Зависть идёт из совершенно нормальных осознаний, что нам есть чему учиться у других, смешанных с неточностями и паникой по поводу того, чему же именно. У своей зависти в идеале стоит учиться. Нам следует замечать, когда она нас настигает, отфильтровать эти спутанные сигналы и использовать их, чтобы понять наши стремления и предназначение. Решение не в том, чтобы чувствовать вину за приступы зависти, а в том, чтобы понимать, чего нам действительно в жизни не хватает.

Гнев — грубые злые вещи, которые мы говорим, когда мы расстроены, почти никогда не то, что мы хотели сказать на самом деле. Это результат паники или тревоги. Мы называем кого-то чёртовым дураком, потому что мы в этот момент напуганы. Мы кричим, потому что чувствуем, что боремся за свою жизнь. Поэтому вместо того, чтобы постоянно слышать о том, как ужасно злиться (мы, конечно, знаем это уже достаточно хорошо), нам нужен кто-то, кто покажет правильное понимание лежащих под этим страхов. “Чего ты сейчас боишься?” — самый добрый, но и самый эффективный ответ на любые вспышки гнева. Это указание на то, что действительно происходит. Нам нужно, чтобы другие оценили нашу хрупкость, а не бранили нас за наше рычание.

Чревоугодие — мы едим много куриных крыльев и бургеров не потому, что мы жадные, а потому, что мы эмоционально голодны. Мы хотим любви гораздо больше, чем мы хотим калорий, мы просто растерялись и не можем её найти. И решение не в том, чтобы есть меньше (как считают диетические гуру и христианские теологи), а в том, чтобы получить помощь в открытии новых источников доброты, безопасности и эмоциональных связей. С нашим аппетитом всё в порядке, мы просто не нашли для него идеальный объект. Наш лишний вес это символ нашего внутреннего эмоционального недоедания.

Блуд — мы продолжаем прыгать в постель с людьми не от вырождения, а от одиночества. Секс — это олицетворение связи и принятия. Мы так сильно жаждем так называемых “грязных” и эротических штук, потому что относимся к ним, как доказательству чьей-то неограниченной любви, которой так мало в нашей обычной жизни. В идеале мы даже не станем менее похотливыми, мы будем лучше понимать, что нам на самом деле нужно в сексе, а именно принятие себя во всей сложности, грязности и обычном человеческом.

Уныние — лень — это на самом деле страх. Мы не можем заставить себя приступить к работе, потому что как только мы себя предъявим, мы рискуем почувствовать ужасное унижение. У нас может не получиться, мы можем найти дело слишком сложным, мы можем быть недостаточно подготовлены к нему или быть высмеяны миром. Это не столько недостатки, сколько хорошо понимаемые тревоги. За нашим бездействием — ожидание беды, ум, предсказывающий катастрофу. Мы приступаем к работе тогда, когда страх ничего не делать перебивает страх сделать что-то плохо.

Алчность — мощный импульс брать больше, чем наша честная доля, на самом деле реакция на чувство лишения чего-то, когда мы чувствуем пренебрежение нами и собственную уязвимость, мы требуем ещё больше. Наш страх настолько укоренился, что мы пытаемся как-то сдержать его захватывая как можно больше и как можно быстрее. Для других мы можем выглядеть благополучными и привилегированными. Внутри мы просто в отчаянии.

Короче, наши “грехи” не признак того, что мы плохие люди. Это та форма, которую принимают наши неудовлетовренные потребности, когда мы не находим лучшего способа с ними обращаться. Нас не нужно ругать или пугать адом. Нам нужны открытое стремление приветствовать себя такими, какие мы есть, прощение без критики и нежный, деликатный, без унижения поиск наших уязвимостей и поощрение нашего аппетита к улучшению.

источник

2 Comments

Рудольф Штайнер и феминизм

Упорнее всего родовая оценка держится там, где дело идёт о поле человека. Почти всегда мужчина видит в женщине, а женщина в мужчине слишком много присущего общему характеру другого пола и слишком мало индивидуального. В практической жизни мужчинам это вредит меньше, чем женщинам. Социальное положение женщины чаще всего потому бывает таким недостойным, что во многих случаях, где оно должно бы было быть обусловлено индивидуальными особенностями отдельной женщины, оно обусловливается общими представлениями, составленными о её естественной задаче и потребностях. Участие мужчины в жизни сообразуется с его индивидуальными способностями и склонностями; участие же женщины почему-то должно быть обусловлено исключительно тем обстоятельством, что она именно женщина. Женщина обязана быть рабой родового, общеженского. Пока мужчины спорят о том, годится ли женщина или не годится “по ее естественному предрасположению” к тому или другому призванию, до тех пор так называемый женский вопрос не сможет выйти из своей самой элементарной стадии. Чего может хотеть женщина по своей природе – решение этого вопроса следует предоставить самой женщине. Если верно, что женщины годятся только к тому роду деятельности, который им сейчас предоставлен, тогда они едва ли сами по себе достигнут чего-либо другого. Но им самим должно быть предоставлено решать, что свойственно их природе. Если кто-то опасается потрясения наших социальных устоев оттого, что женщины будут рассматриваться не как члены рода, а как индивидуальности, то ему нужно возразить, что социальные условия, при которых половина человечества ведёт недостойное человека существование, чрезвычайно нуждаются в улучшении.

Р. Штайнер, Философия Свободы, 1894 г.

Leave a comment

Про любовь и одиночество

При выборе партнёра в любви один из самых важных принципов, это не чувствовать никакой спешки при выборе. Непременное условия хорошей жизни в паре — хорошая жизнь в одиночестве. Мы не можем выбирать мудро если одиночество кажется невыносимым. Мы должны быть абсолютно спокойны по поводу перспективы многих лет в одиночестве, чтобы у нас был шанс на то, чтобы построить хорошие отношения. Или окажется, что мы любим не быть в одиночестве больше, чем любим человека, который нас таких пожалел.

К несчастью общество, после определённого возраста, делает одиночество опасно неприятным. Социальная жизнь увядает. Люди в парах чувствуют угрозу в независимости одиночек, которые напоминают о том, что они может быть пропускают, и не зовут их слишком часто. Несмотря на все гаджеты и сервисы до дружбы и секса не так просто добраться. И неудивительно, что если рядом оказывается кто-то более-менее приличный, даже если не совсем, мы цепляемся за него и много чем за это платим.

Когда секс был доступен только в браке, люди поняли, что это вело к тому, что они женились из неправильной мотивации: чтобы получить что-то, что искусственно ограниченно в обществе в целом. Сексуальное освобождение имело целью позволить людям очистить голову по поводу того, с кем они действительно хотят быть. Но этот процесс окончился только наполовину. Мы можем быть уверены, что люди выбирают пару по правильной причине только тогда, когда мы уверены, что быть одному потенциально также безопасно, также полноценно и также комфортно, как и быть с кем-то. Время освободить “товарищество” от цепей парности, и сделать его так же широко доступным, каким хотели сделать секс те, кто боролся за его свободу.

Сейчас мы должны прилагать усилия к тому, чтобы достичь спокойствия с идеей одиночества на очень долгое время. Только так у нас может быть шанс на решение о том, чтобы быть с кем-то на основании их собственных настоящих достоинств.

Ален де Боттон

Leave a comment

Почему у вас не сработает полиамория [перевод]

Иногда, возможно, вы лежите рядом со своим партнёром и не спите. Возможно, в этом даже ничего ужасного, почти наверняка, но немного скучно. В конце концов это уже долго продолжается. Секс с ней или с ним OK, но не превосходный во всех во всех смыслах. В том, чтобы раздевать кого-то впервые, чувствовать их волнение своими руками, слышать их сладострастные непристойности есть что-то особенное. Но от отношений, которые у вас уже есть, вы не хотите отказываться, в важных моментах всё хорошо: может быть у вас есть дети или общий дом и вы над этим много работали. Вы не хотите всё потерять, вы просто хотите получить удовольствие от пары новых сюжетов. В эти моменты многие люди думают: “А что там с полиаморией?” И вы чувствуете себя достаточно смелым авантюристом, чтобы на это пойти.
Идея полиамории звучит очень правдоподобно ещё и потому, что выглядит идеальным выходом из нашего общественного коллективного лицемерия по поводу сексуального желания, и это тоже важная часть проблемы. Может быть вы даже знаете кого-то, скажем по теннисному клубу, кто говорит, что они в полиамории; они кажутся нормальными, очень здравыми и очень яркими. В журнале появилась статья о том, как полиамория становится модной в Париже и набирает популярность в Ванкувере. Похоже, у многих получается, почему бы не попробовать? Полиамория выглядит так, как предполагают её торонники, как будто это будущее отношений вообще и, что важно, ваших в частности.

Полиамория убедительна в принципе, как многие аспекты жизни. Большие обобщёные идеи обычно такие. Например, в принципе, многие люди думают, что было бы хорошо отказаться от крысиных бегов в городе и переехать в деревню: это здоровее, жить дешевле, есть возможность выращивать овощи и быть ближе к природе. Или если взять пример из политики, в принципе, многие люди думают, что прямая демократия — с референдумом каждые выходные для любого решения — хорошая идея: наконец мы получим то правительство, что хотим. Это происходит в Швейцарии и значит возможно, и технологии позволяют это организовать гораздо проще.
Но проблема с идеями в принципе в том, что они опасно склонны обходить детали, в которых и расположена вся проблема. Они подстрекают нас забыть, что если мы переедем в деревню, то заказать суши в любой момент будет сложно, соседский трактор будет будить нас в 5.30, некоторые вещи оказываются удивительно дороги, и ещё будет чувство, что на вечеринку не позвали. Или (по поводу прямой демократии) мы забываем капризную и ужасающую природу массового общественного мнения, наряду с отсутствием нашего интереса к политике и совершенную исключительность швейцарского общества и общественной жизни.

С полиаморией всё также. Когда в какой-то момент, когда полиамория в принципе покажется нам зрелым и жизнеспособным вариантом организации своей сексуальной жизни, мы бы посоветовали помнить несколько деталей.
Мы должны представить, как это сложно может быть, когда на оргии наш партнёр нам подмигивает,и исчезает в мягко подсвеченной спальне с двумя другими людьми, мы пытаемся к ним присоединиться, но нас твёрдо отвергает один из них, хрипло спрашивающий, что это за чудо в странном белье. Слышать оргазмы партнёра в руках кого-то ещё — тот ещё опыт.

Мы можем забыть, что когда подпишемся на полиаморию, не так просто будет найти людей, которые будут нас глубоко интересовать. Конечно, возможно будет много предложений от людей, которые не очень в нашем вкусе, но и это будет мука объяснить им, почему мы их не хотим. А когда мы найдём кого-то, кто нам нравится, окажется, что наши сексуальые вкусы не совсем совпадают. Они могут тоже любить когда шлёпают, но сильнее или слабее, чем нам нравится. Или они любят одеваться в костюм пирата, но отказываются носить повязку на глаза, что для нас камень преткновения. Или может они правда кричат непристойности, но их репертуар показывает отсутствие воображения, а голос скрипучий. Наш партнёр может, с другой стороны, совсем без проблем находить новых прикольныx друзей. Мы предполагали, что мы востребованы, но это может обернуться иначе.
Мы также можем начать забывать как хорошо, когда что-то полностью наше. В детстве мы никогда на самом деле не любили делиться игрушками, хотя брать их взаймы было приятно. В пять лет мы глубоко расстраивались, если другие дети брали пожарную машину или начинали играть в повара с маленьким котёнком. Непризнаваемая жилка собственника сидит в нас очень глубоко.

К тому же мы ведём занятую жизнь, а полиамория требует много времени на организацию. Наш перспективный партнёр может быть занят как раз в тот вечер, когда мы свободны, или как раз тогда, когда у нас есть время — собирается встретиться с дантистом, достаточно отвратительной с нашей точки зрения.
Несмотря на атмосферу свободного движения, даже в полиамории придётся иметь дело с некоторыми сложными и неподатливыми эмоциями. Будут разрывы, болезненные финалы, чувства брошенности и приступы ярости. Мы будем свидетелями внутренних неурядиц большего количества людей, по сравнению с теми, у кого один хорошо документированный супруг. Как раз тогда, когда мы будем искать быстрого сексуального приключения, некоторые партнёры начнут неконтролируемо рыдать и срочно рассказывать про своих мам. Другие же, когда мы стоим возле кровати с плёткой или маской, обвинят нас в эгоизме, притворятся, что читают журнал и откажутся объяснять, в чём дело.
Никто не спорит, что для кого-то полиамория может работать, но, как со многими заманчивыми идеями, это не значит, что она будет работать для нас. Скорее всего, если мы станем полиаморами, мы столкнёмся в один прекрасный день со всеми проблемами, которые мы хорошо знали в моногамии — только чаще, хаотичнее и с большим чувством неоправданных ожиданий.

отсюда

Leave a comment

Почему брак ещё имеет смысл [перевод]

Считать брак чем-то старомодным очень заманчиво. Почему бы просто не жить с кем-то и всё? Почему нужна публичная церемония? Зачем эти странные традиции, от которых нормальные люди держатся подальше: все эти церкви, храмы, гимны, присяги и молитвы? Брак наверное глупый пережиток религиозного детства человечества, не приспособленный для более логичного современного мира.

И тем не менее он выжил.
Основа брака — связать наши руки, ограничить нашу волю и поставить на пути расставания высокие барьеры, преодоление которых дорого обходится. Зачем мы это делаем?
Изначально нам говорили, что Бог хочет, чтобы мы оставались в браке. Но и сейчас мы продолжаем убеждаться в том, что закончить брак достаточно сложно. С одной стороны, вы тщательно приглашаете всех знакомых посмотреть, как вы скажете, что будете вместе. Вы специально создаёте большое затруднение на пути того, чтобы оглянуться и признать это ошибкой. Более того, хотя вы могли бы всё разделять, брак означает глубокие экономические и юридические ограничения. Вы знаете, что потребуется работа роты бухгалтеров и юристов, чтобы вас оторвать вас друг от друга. Это, конечно, возможно, но разорительно.
Как бы это не было странно, но мы так признаём, что есть какие-то хорошие, хотя и дискомфортные причины, делающие сложность распада союза преимуществом для его участников.

Первое: опасность импульса
Зефирный тест — знаменитый эксперимент в истории психологии, измеряющий детскую способность откладывать вознаграждение и отслеживающий последствия способности мыслить долговременно. Нескольким трёхлетним детям предложили по зефирке, но сказали, что они получат две, если ещё не съедят первую через пять минут. Оказалось, что многие дети не могут этого вынести. Слишком соблазнительно; маленькая немедленная выгода слопать зефирку, которая прямо перед ними, оказалась сильнее стратегии ожидания. Было однозначно замечено, что жизнь таких детей будет омрачена недостаточным контролем импульсов и дела у них идут хуже, чем у детей, которые лучше подчиняют немедленное удовольствие долгосрочной выгоде.

С отношениями всё также. Здесь тоже ощущается насущность много чего. Не зефирок, но расставания, поиска свободы, бегства… Мы злимся и хотим всё закончить. Новый знакомый нас волнует, и мы хотим бросить нашего партнёра. И когда мы оглядываемся в поисках выхода, все пути заблокированы. Это будет сложно, стоить целое состояние и займёт уйму времени.
Это не совпадение. Брак — гигантский поглотитель импульса для того, чтобы держать под контролем наше чувственное, оптимистичное и полное желаний Я. Подписываясь на такие требования мы соглашаемся с тем, что мы (как личности) можем делать очень плохие выборы под влиянием краткосрочных импульсов. Жениться это значит признать, что нам требуются структуры для ограничения наших позывов. Мы добровольно себя запираем, потому что как-то понимаем долгосрочные выгоды этого.

Брак продолжается без постоянной опоры на настроение его участников. Это не про чувства. Это демонстрация намерения, непробиваемого для наших повседневных желаний. Брак двух людей, которые не проводят заметное время в фантазиях о том, что было бы, если бы они не были женаты — очень необычный брак. Это соглашение, которое защищает нас от наших желаний, про которые мы знаем (в наши более осмысленные моменты) что они нам на самом деле не очень нужны.

Два: Мы растём и развиваемся постепенно
Отношения, в хорошем случае, вовлекают нас в процесс развития, взросления и становления “цельными”. Мы притягиваемся к людям, потому что они обещают продвинуть нас в правильном направлении.
Но процесс достижения зрелости может быть мучительно медленным и сложным. Мы проводим много времени (может десятилетия) обвиняя другого человека в проблемах, которые возникли из-за нашей собственной слабости. Мы сопротивляемся попыткам изменений, просим чтобы нас любили “за то, какие мы есть”, со всеми нашими недостатками. Как будто это когда-то было хорошей идеей…
И пока не будет подлинного развития, могут потребоваться годы поддерживающего внимания, разочарований, моментов страха и печали. Со временем, после может быть 120 споров на одну и ту же тему, обе стороны начнут видеть её с другой точки зрения. Медленно мы начинаем понимать наше собственное безумие. Мы находим обозначения для наших состояний, мы даём друг другу карты наших сложных областей, с нами становится немного проще жить.

Когда вы встречаетесь с кем-то новым, то просто быть добрым и нормальным. Истина про нас, на основании которой может начать улучшение себя, становится понятна только со временем. Когда мы перестаём убегать к людям, которые ложно убеждают нас, что с нами всё в порядке, шансы на развитие возрастают значительно.

Три: инвестиции должны быть безопасны
Многие стоящие проекты требуют огромных жертв с обеих сторон, и сама природа таких жертв такова, что мы их скорее сделаем для людей, которые делают их для нас.
Брак — средство специализации людей, например в зарабатывании денег или работе по дому. Он может быть очень созидательным. Но имеет риски. Каждый человек (особенно если кто-то остаётся дома) должен быть уверен, что это ему потом не повредит.
Брак сделан для того, чтобы мы могли принимать такие решения про свою жизнь, которые в другой ситуации были бы слишком рискованными.
** **
Аргументы за брак со временем поменялись. Это больше не про внешние силы, имеющие власть над нами, будь то церковь, идея легитимности, идея общественного уважения.
Мы правильно сфокусировались на психологическом смысле того, чтобы усложнить всё бросить. Оказывается, что мы получаем большие преимущества (хоть и не просто так) придерживаясь определённых обязательств, потому что некоторые наши базовые потребности имеют долгосрочную структуру.
Последние 50 лет мы думали о том, как облегчить расставание. Теперь вызов лежит в другом направлении: в попытке напомнить себе, почему немедленное бегство не всегда имеет смысл; в попытке видеть смысл в том, чтобы удержаться до второй зефирки.

Leave a comment

Чего боятся мужчины (видео, NSFW, 18+)?

Групповые программы я сейчас веду редко. В основном занимаюсь проектом своих бесплатных вебинаров, и частными консультациями, на которых обучаю духовным практикам и медитациям. Но осенью с подачи Томаса я выступил на семинаре для мужчин Естественное Соблазнение 2015. Для моих старых знакомых тут нет совсем ничего удивительного, с пикаперской субкультурой я связался задолго до того, как это стало одиозным тренинговым бизнесом. Во времена, когда это был креативный интернет-андеграунд для людей интересовавшихся прикладной психологией и гендерными вопросами.)

Семинар получился очень крутой по уровню той информации, которая была на нём выдана. Хотя вопросы некоторых участников больше напоминали какой-нибудь антифеминистский быдлофорум, но в целом слушатели оказались вполне взрослыми. Ну и само наличие таких вопросов в моих глазах сильно поднимают пикаперскую тусовку, потому что они не хуже, чем мужики в среднем по российской больнице, они ставят под вопрос те же реалии, которые для большинства являются суровой необдумываемой данностью.

Видео, которое ниже в этом посте — это первые минуты семинара после обеда. В обед я узнал, что умерло в ветеринарной клинике моё любимое животное, поэтому никакого буфера восприятия боли для сострадания участникам у меня в тот момент не было, и я отвечал как есть. По-моему получилось неплохо.)

Я сделал ещё небольшую подборку материалов с того семинара в этом плейлисте на youtube, особенно они интересны будут девушкам, как бы это не выглядело неожиданно)

7 Comments

Как расставаться [перевод]

Это такой же важный навык, как и начинать всё, но гораздо менее изучаемый. Мы в нём обычно отвратительны. Мы закрываемся, что-то мямлим, тянем время, становимся странными. И есть одна причина, почему мы устраиваем там такую лажу. И это не потому, что мы тупые, непонимающие, или жестокие. Это потому, что мы пытаемся быть добрыми. В этом источник нашего непонимания, тупости и жестокости.

Мы сентиментальны, и именно поэтому стараемся быть хорошими и стесняемся быть холодными. Основа сентиментальности — желание нравиться, даже тем, кто нам не нравится и кто нас больше не волнует. Это нарциссическая тоска по получению любви без желания за неё платить.

Но в конце догоревших отношений для доброты нет места. Мы продлеваем мучения другого человека, оставаясь милыми и понимающими. Если мы продолжаем быть нежными, возможно ли, что мы действительно имели в виду те плохие вещи, которые мы вроде сказали до этого? Можем ли мы быть такими любящими и, в то же время, говорить, что всё закончилось?

Прежде всего нам нужно убить надежду. Но вместо этого, мы просто треплемся. Марсель Пруст как-то мудро заметил: “Когда отношения заканчиваются, нежные слова говорит тот, кто не любит”. Расстающиеся возлюбленные доходят до гротескной ситуации, когда один человек плачет потому что его оставляют, а второй плачет из-за той боли, которую доставляет ему объявление расставания — и эти слёзы брошенная сторона принимает за признак того, что нам не пофиг.

Самый добрый способ заканчивать отношения — сказать крайне безжалостные слова — такие, чтобы тот, кого мы оставляем, не сомневался, что мы не очень хорошие. Действительно смелый способ расставаться — разрешить себя ненавидеть тому, кто нас любит.

Промедлению нет никаких оправданий. Не воображайте, что великодушно поддерживая у человека иллюзию того, что мы хотим с ним быть, мы делаем кому-то приятное. Важнее, чтобы они перестали тратить свою жизнь. Не воображайте, что они не найдут кого-то ещё такого как вы: они могут верить в это сейчас и могут вам это нежно говорить. Но они не будут верить в это, когда узнают, кто вы на самом деле. Настоящая доброта значит уйти, даже если оплачен совместный отпуск и ужасно неловко в такой момент это всем сказать.

Нет ничего плохого в решении, что кто-то не для вас. И очень плохо брезгливо и сентиментально откладывать уход, разваливая жизнь другого человека.

отсюда

Leave a comment

Два видео про отношения и то, что у вас в голове

Верхнее видео (простите, но только английский, но там в красках)) о том, почему вы всё ещё встречаетесь с мудаками, девочки (и с суками, если мальчики).
А нижнее — что с этим делать, точнее, как начать что-то с этим делать (с переводом).

1 Comment

Антон Маторин Я основатель и ведущий тренинга Испытание Реальностью, коуч и консультант в области стресс-менеджмента и сопровождения личных изменений. Имею большой опыт ведения тренингов и консультирования в области отношений и гендерной психологии, от обучения пикапу до парного семейного консультирования. Исследую и применяю в работе традиционные духовные практики и современные методы интегральной психологии.