Архив по тегам: интегральная духовность

Краткий очерк истории психологии

Интересно посмотреть в большом масштабе на развитие психологии. То есть явно наука о душе. И как так вышло, что она оказалась там где оказалась, со одновременно стремлением заменить собой религию и духовность, становления инструментом войн, контроля и угнетения и антинаучностью.

Если не лезть в более древние предпосылки, хотя они есть, то проблемы начались с 4-го константинопольского собора 869-870 г. н. э., когда у человека отменили дух. Тут можно сказать, что этот собор не признаётся восточными церквями, но у них тоже случились свои проблемы, от которых не легче. Первоначальное учение о троичности человеческого существа существует как на западе, так и на востоке. В нём душа занимает среднее положение между духом и телом. Воздействия тела структурировались, осмыслялись и уравновешивались духом, чьё присутствие подразумевалось в каждом человеке непосредственно. Отрезание духа в IX-м веке и развитие материалистической науки в новое время привели к тому, что к XIX уже само существование души было поставлено под серьёзное сомнение.

Но ещё в это время проявлялись два подхода к работе над душой. В одних случаях человек пытается своим осознающим Я тотально и непосредственно пережить работу души, состояние самого я, мышления, рассудка.

В других предметом внимания становятся чувственные переживания, сводимые к восприятию органами чувств и воздействию на них. И переживания оказываются производной воздействия на материальные чувствующие телесные структуры биологических, физико-химических и информационных процессов. Психология вырождается в учение о бессознательных телесных функциях, а переживание вдавливается материалистическим подходом в переживающие органы и структуры тканей.

Психология первого типа осталась в моделированиях созерцательно-феноменологических подходов духовных традиций, которые иначе сводятся к способам социализации психиатрических пациентов в домодерновых обществах. И в прикладной работе с людьми в экстремальных управленческо-боевых ситуациях. Которые тоже крайне маргинализированы и похожи на школы чёрной магии, чем некоторые из них и являются.

Идеи первичности тела победили, душевная деятельность стала восприниматься как производная физиологических телесных функций, сводимая к рефлекторным механизмам. Сознание со всеми душевными и духовными феноменами стало побочным спецэффектом необъяснимо сложного движение элементарных частиц материи, непознаваемой напрямую этим же сознанием.

За пределы этого есть небольшие прорывы у экзистенциальщиков. И попытки имитировать эти прорывы у некоторых трансперсональщиков.

Психология стала буквально наукой о том, чего нет, и в чём нет содержательного смысла.

Leave a comment

Про уровни развития и спиральную динамику

Про уровни развития (aka спиральная динамика и кусок интегральной теории) — если коротко, описания самих уровней всякие социально-психологические — судя по всему шняга.)

Социальные (как там синие теократии, оранжевый капитализм, зелёный пост-пост и жёлтая мета-мета, с бумеритом или любыми аналогичными “уточнениями” и “тонкостями”) — скорее застревания и перекосы сами по себе. Фиксации и опухоли. Относительно того чего-то центрального сутейного, что собственно развивается и растёт.

Психологические описания с вроде как стадиями взросления — формально, конечно, пытаются смотреть на какую-то суть (как у некоторых авторов какая-нибудь Самость.)). Но ограничены системными косяками современной психологии как таковой.)

У Грейвза, если читать оригиналы, из которых растут уровни развития в современном понимании интегральной теории, всё не так. И из его текстов вот эта явная “стадийность” и “этажность” не следует. Скорее некий переливающийся спектр смыслов бытия.

Антагонистическая концепция конфликтующих уровней с акцентом именно на их управленческих отличиях — результат упаковки системы в консалтинговые коммерческие приложения Доном Беком.
Не доизучив “с чем имеем дело” перевод фокуса на “как бы этим поуправлять”. Но он вообще характерен для современной науки, даже нобелевские премии дают людям.)

Выход из этого именно там, где эти теории развития встречаются с медитативной практикой. То есть какие-то феноменологические исследования, которые позволяют как-то посмотреть на суть того, что собственно растёт и развивается в процессе смен этих поведенческих проявлений, способов мышления и социальных формаций.

У того же Уилбера в Интегральной медитации есть такой исследовательский медитативный феноменологический подход у уровням развития. Скорее всего только один из возможных, но интересный. Системы дающие объяснения без феноменологических ключей исследования — 100% подозрительные, следите что вам в процессе незаметно продают, какую именно идею себя.)

Leave a comment

Мышление, осознанность и вера

Waiting For Answers

Что-то спросили про веру, что это такое, кому и во что верить в контексте всяческих практик осознанности.

Для меня вера, которая имеет смысл в практике и помогает практиковать — это как раз не вера в религиозные концепции. Или в научные. Это всё скорее верования/убеждения. Некое интуитивное доверие учителю на входе должно быть, но есть смысл проверять учения на прочность, полноту и органичность.

Лучшие учителя говорят — мне вообще доверять не надо. Всё проверяйте и всё испытывайте. И учат как именно, через феноменологию сознания + научный метод.

В практике стоит различать верования/убеждения и веру как инструмент познания.

Вера — инструмент и непосредственный спутник познания. То есть это как раз способ феноменологически сущностно различать и познавать сущее. Доверять собственному ощущению, переживанию и различению. Да, чтобы это корректно делать требуется тренироваться критически к ощущениям, переживаниям и различениям относиться. Различать причинно-следственные связи и их отсутствие. Естественные языковые искажения. Отличать восприятие от описания. “На ощупь” в пространстве сознания, в восприятии, поведении, не теоретически.)

Ещё такое понимание веры имеет смысл для меня, потому что в современном мире вижу много людей, у которых веры нет. Они вообще не воспринимают собственные переживания и мышление как какие-то валидные. Только концепции полученные из авторитетных источников — настоящие, потому что их проверили 2500 лет традиции или учёные с синхрофазотронами. Психологизирют, саентизируют, приплетают экономические концепции (не знаю есть ли для этого какое-то отдельное слово, экономизация всё-таки другое.)) вместо того, чтобы посмотреть, что есть, разобраться и поверить тому, что видят.

Как-то так.)

Leave a comment

Когда медитация осознанности становится духовной практикой?

Рерих

Это вообще не значит, что мы делаем практики каких-то там традиций религиозного плана, или используем, принимая на веру заповеди и постулаты, неизвестно откуда взявшиеся.

Это значит, что мы задаём вопросы, которые совершенно не принято задавать в распространённых светских подходах к практике осознанности. Прежде всего вопросы к собственным мотивам и феноменологической структуре природы переживаний.

Это собственно два системообразующих навыка, дополняющих ставшими де факто “стандартными” медитации:
– осознание собственных мотивов, аналитика, деконструкция, трансформация, в том числе с использованием психотерапевтических подходов;
– практика принятия страдания, интеграции и трансформации любых феноменологических ландшафтов переживаний, практика “катарсиса без катарсиса”.

Этого достаточно, чтобы осознанность перешла в поле содержательного диалога с духовным.

Leave a comment

Человек-по-умолчанию и возникновение духовности

art by Marcela Bolivar

В продложение темы:

Регулярно приходиться слышать, что “по умолчанию” человек это чисто материалистическая обезьяна, которую волнует нижний этаж пирамиды Маслова, ну может два. А вся религия возникла в результате прогресса и усложнения социума для решения управленческих задач.

Люди именно современного, материалистического склада описывают так человека, говорят про это как про состояние по умолчанию. Когда люди говорят про возникновение религии, они говорят, что человек, который был в “здравом” современном материалистическом понимании себя, взял и начал выдумывать Бога потому что ему надо было решать такие вот задачи.

Но это же было несколько иначе!

Человек же был в каком-то единении со своим внутренним. И тем как внешнее в этом внутреннем отражается. И в этом взаимодействии внешнего, отражения и единении увидел как раз духовное. И потом уже из этого появились формулировки про Бога, про религию с определёнными задачами, про что-то ещё.

Состоянию по умолчанию как материализм 500 лет. Люди так про себя в основном не думали. Очень редко, какие-нибудь кто именно анализировал природу материального додумывались до такого взгляда, до такой точки зрения. Где-то там локально оно по истории встречается, но в целом люди воспринимали мир очень духовно насыщенным, и себя они не воспринимали как набор атомов и молекул с комплексами. Это как раз довольно свежий взгляд, это как раз довольно свежее понимание. Особенно если как массовое. Как массовому ему точно 200 лет, ну 500 максимум.

Соответственно человек так про себя не думал и не из таких мотивов при создании религии действовал. И так объяснять религиозность и духовность — глупо.

Leave a comment

Брак, секс и христианство

Что думают современные христианские богословы о совместном проживании без заключения брака и добрачных отношениях. Вот фрагмент из книги «Сексуальная добродетель»*, написанной Ричардом Маккарти, крупным специалистом по нравственному богословию и сексуальной этике, преподающем в католическом Мерсихестском университете в Пенсильвании:

«Как мы убедились, часто цитируемые принципы из Нового Завета (любовь к ближнему, справедливость, доброта и т.д.) сами по себе не подразумевают того, что „хороший“ секс возможен только в браке. Однако, это не значит, что брак неважен. Просто нужно осознать, что когда мы изучаем Новый Завет и затем применяем эти принципы в контексте нашего сегодняшнего сексуального разнообразия, кажется вполне возможным воплощать эти принципе вне брака (или гетеросексуального союза). В самом деле, я думаю, что многие из нас согласятся с тем, что брачный статус не гарантирует на практике сексуальной добродетели. Мужья насиловали своих жен и супруги избегали секса в качестве формы наказания (чтобы добиться своего или в качестве пассивно-агрессивного выражения неудовлетворенности). В общем, также как мы можем признать, что брачный статус не гарантирует христианам сексуальной добродетели, мы можем признать, что брак не является действительно необходимым для реализации сексуальной добродетели. Для христиан, тексты Нового Завета, по всей видимости, указывают на возможность того, что использование евангельских принципов может преобразовывать качество любых человеческих отношений. И если евангельские принципы могут охватывать любые человеческие отношения, это должно включать трансформацию любых сексуальных отношений. Размышляя, опираясь на Библию и сексуальную этику, таким образом, кажется, что христианскому сообществу следует принимать любые отношения, в которых могут находить выражение евангельские принципы, — в т.ч. в сексе и через секс, — будь то супружеские или нет» (С. 137).

* Richard W. McCarty. Sexual Virtue: An Approach to Contemporary Christian Ethics. State University of New York Press, 2015. Перевод Александра Малахова.

Art by Marcela Bolivar

Leave a comment

Дискомфорт и человечность

Collage Art by Uğur Gallen, the Turkish photographer

В осознанности и психологическом здоровье важной способностью является не действовать. Ничего не делать из каких-то состояний. Осознавать свои мотивы и понимать, какие из них есть смысл прямо сейчас реализовывать в ситуации, а с какими как-то обращаться внутри.

На самом базовом уровне хочется так обращаться со страхами и тревогами. Когда мы чуть-чуть подрастаем, то это же начинает относиться к гневу и несбалансированной самоуверенности, хотя на каком-то этапе их проживание может казаться очень ценным.
Сюда же попадают зависть, уныние и похоть, например, состояния, связанные с любыми осознаваемыми стереотипами и зависимостями, от которых хочется избавиться.

В то же время я вижу много людей, увлечённых психиатризациями собственных состояний и корректировкой их с помощью прописанных докторами медикаментов.
Среди практиков осознанности появляется такой же подход к собственному сознанию. Из него должно отрезаться всё, не попадающее в концепцию комфортного существования личности, чтобы вокруг не происходило.

Это связано ещё с бихевиористским восприятием сознания, которое говорит о том, что свобода это когда мы просто не понимаем причин и стимулов поведения. А уж если есть какой-то стимул, который мы понимаем как работает, то человек ведёт себя однозначно. Эти бихевиористские идеи очень популярны сейчас, потому что многие продают средства манипуляции массовым сознанием всем, от инстаграм-коучей, пытающихся набрать себе учеников, чтобы дожить до лета, до диктаторов, которые не смогут никогда понять, сколько у них сотен миллиардов долларов и которые могут до обеда угробить пару стран, если будут не в том настроении.

В современном котле школ и практик бихевиористская психология, утверждающая, что “свобода — ярлык, которым мы клеймим поведение, когда не понимаем или не знаем его причин”, неплохо стыкуется с буддизмом, потому что и те и другие утверждают, что личность это надуманный конструкт.)

Не вся современная наука о сознании сводится к бихевиористским принципам, но требуется довольно глубокое погружение в современные исследования и понимание того, что в них происходит, чтобы не вестись на эту фигню.)

Мне сейчас скорее кажется, что даже “дискомфортные” переживаемые нами состояния — часть информационной картины реальности, которые должны быть осмыслены как-то ещё не через выключения всего того, что делает меня не совсем удобным. Честное осознанное исследование этих аспектов собственного неудобства, умение обращаться с ними в жизненном потоке событий и делает нас человечными и понимающими происходящее в мире, настоящими и сильными.

Leave a comment

А вас мир выбешивает?

Есть подозрение, что с помощью медитации нельзя окончательно справиться с тем, что “выбешивает” . По крайней мере оставаясь в миру и с другими людьми. Справиться в таком, медицинском смысле, чтобы больше не беспокоило вообще.
Всегда остаётся грань, где “не выбешиваться” — это сознанное волевое действие в реальном времени. Где мы имеем свободу “выбешиваться” или не “выбешиваться” и что-то с ней делаем.
Это не зависит от количества практик и качества пройденных психотерапий. Они могут облегчать это. Делать это вообще возможным. Делать там место для свободы. Но там всё равно не автоматически и всё равно не прекращение восприятия каких-то аспектов страдания снаружи в мире и/или внутри в себе.
С этой точки зрения настойчивое требование от практик осознанности такой медицинско-таблеточной эффективности не то, чтобы технически невозможно, может даже возможно, но как раз место этой свободы отбирает.

Leave a comment

Космический планктон

null

Количество всячески открытых школ практик, традиций йоги, буддизма, просветления и раскрытия потенциалов психики может обманчиво радовать. Как будто действительно всех интересует глубина и самореализация. На самом деле это от скуки. Индустрия досуга и развлечений. “Дешевле чем кино и дают кофе” (с). И дорого, для солидных господ тоже сколько угодно.

При этом нельзя сказать, что всё фуфло. Даже банальная йога, преподаваемая странными девочками и ещё более странными мальчиками, примерно в половине случаев действительно работает более йогически, чем просто гимнастика с собственным весом и растяжкой. Инструкторы стараются, учатся. Основатели школ вполне себе мощные персонажи. Без оценки сейчас их осознанности и качества их инспираций.

Люди всерьёз принимают буддистские прибежища и шаманские диеты. На светских психологических тренингах, которые могут даже вести вполне себе всамделишные психотерапевты, обучаются практикам монастырских традиций, потом делают их в условиях обычной жизни регулярно.

При этом к смысловой составляющей практик и учений относятся по меньшей мере странно. В простейшем случае они просто принимают на веру то, что говорит гуру, или лама, или батюшка, или кого там ещё принесло. В более продвинутом и интеллектуальном считают, что всё это психика и нервы. Учёные со своими МРТ лет за 100 ближайших разберутся, а пока давайте фигачить. И как продолжение и развитие “психологизации” — раз любое объяснение — просто более или менее удачная терапевтическая метафора, то вообще всё равно что говорить и во что верить, когда фигачим.

Выплывают все эти люди в настоящий космос, который не очень представляют и в который не очень верят. Как планктон. Только уже не офисный. Космический планктон.

Leave a comment

Почему материализм это тупик? Бернардо Каструп [перевод]

Как неправильное понимание материи приводит к заблуждениям

Мы живём в век науки, которая сделала возможными невообразимые для наших предков технологические успехи. В отличие от философии, которая в решении вопросов зависит от субъективных ценностей и чувства правдоподобности, наука ставит вопросы непосредственно природе в виде экспериментов. Природа потом отвечает каким-то определённым поведением, то есть вопросы решаются объективно.

В этом как сила науки, так и её ахиллесова пята: эксперименты только говорят нам как природа себя ведёт, но не чем она является. Разнообразные гипотезы о сущности природы совместимы с её явным поведением. Поэтому, хотя в этом поведении много информации, оно не может ответить на вопросы бытия, которые философы называют “метафизикой”. Понимание сущности природы принципиально за пределами научного метода, и нам остаются другие философские подходы. Как субъективны бы они не были, это наш единственный путь к разгадке происходящего.

Материализм — взгляд на природу, фундаментально базирующийся на материальном и независимом от разума внешнем. Это метафизика именно в той части, в которой утверждает, чем природа сущностно является. И это просто теоретическое умозаключение, мы не можем эмпирически наблюдать материю за пределами и независимо от разума, потому что мы в нём навсегда заперты. Всё, что мы можем наблюдать, это содержание восприятия, которое по своей природе продукт разума. Даже показания измерительных инструментов доступны нам только в восприятии разума.

Мы подразумеваем присутствие чего-то за пределами состояний сознания, потому что поначалу кажется, что имеют смысл три канонических наблюдения:
(i) Кажется, что есть какой-то разделяемый мир за пределами нас самих
(ii) Поведение этого разделяемого мира, как нам кажется, не зависит от нашей воли
(iii) Есть плотная корреляция между внутренним опытом и измеримыми паттернами мозговой активности

Мир за пределами ментальных состояний, тот который мы населяем, имеет смысл наблюдать (i). Этот разделяемый мир не ментален и не согласуется с нашей (осознаваемой) волей, поэтому (ii). Наконец, если особые конфигурации материи как-то могут генерить разум, это также объяснило бы (iii). Наша культура принимает как данность, что природа изначально материя, а не сознание. Это снова метафизическое допущение для объяснения вышеперечисленных канонических наблюдений, а не научный или эмпирический факт.

Проблема в том, что этот метафизический вывод несостоятелен по нескольким причинам. Для начала — ничего из параметров материального устройства, скажем, положения и импульсы атомов, составляющих мозг, не позволяет нам даже теоретически свести к ним чувства влюблённости, вкуса вина или прослушивания сонаты Вивальди. Между материальными количествами и качествами переживаемого опыта непроходимый разрыв, который невозможно объяснить, который философы называют “трудной проблемой сознания”. Многие люди не видят этот разрыв потому что думают, что вкус, цвет и тп. — свойства материи, что противоречит мейнстримовому материализму. В соответствии с ним цвет и вкус генерируются нашим мозгом внутри нашего черепа. Они не существуют в окружающем мире, который предполагается чисто абстрактным.

Далее, материализм живёт или умирает с тем, что физики называют “физический реализм”: там снаружи должен быть объективный мир, состоящий из сущностей с опредлёнными функциями, наблюдается этот мир или нет. Проблема в том, нет оснований сомневаться, что эксперименты последних четырех десятилетий опровергли физический реализм. Так что если слово “материализм” не определять как-то произвольно, реализм как метафизика теперь физически несостоятелен.

И третье, можно привести убедительный довод в пользу того, что опытные данные о корреляциях мозговой активности и внутреннего опыта, которые сейчас у нас накоплены, не могут быть приспособлены к материализму. Есть устойчивая закономерность, связывающая нарушение или уменьшение мозгового метаболизма с расширением осознанности, обогащением переживаемого содержания и его чувствуемой интенсивности. Сложно найти в этом какой-то смысл при материалистической гипотезе, что все переживания опыта генерируются мозговым метаболизмом.

Наконец, по крайней мере с философской точки зрения, материализм нестроен, неэкономен, неоправданно экстравагантен, и возможно даже бессвязен. Связность и экономность, конечно, просто субъективные оценки. Но если мы их отбросим, то откроем двери всевозможной бессмыслице, которую невозможно опровергнуть опытным путём, от инопланетян в Плеядах, пытающихся предупредить нас о глобальной катастрофе, до чайников на орбите Сатурна. Так что мы лучше будем придерживаться этих ценностей, то есть последовательно их применять, в том числе к самому материализму.

Материализм нестроен потому, что в дополнение или вместо сознаваемого — а это всё, что мы в конечном счете знаем — он привносит ещё одной категорию “вещества” или “существующего”, по сути, выходящую за рамки прямой эмпирической проверки: а именно материю. В материализме материя — буквально трансцедентна, более недоступна, чем любой духовный мир, утверждаемый мировыми религиями. Это всё было бы оправдано, если бы не было способа осмыслить три канонических наблюдения приведённых выше на основании только лишь сознания; но он есть.

Материализм объединяет необходимость утверждать что-то вне наших индивидуальных сознаний с необходимостью утверждать что-то за пределами сознания как категории. Все три наблюдения могут иметь смысл, когда мы постулируем трансперсональное поле разумности за пределами нашей личной психики. За пределами нас действительно существует мир как таковой, который мы населяем; но этот мир — сознательный, также как и мы просто некие агенты сознания. Если смотреть на мир так, то “трудная проблема сознания” обходится, т.к. мы не должны больше соединять непроходимый разрыв между разумом и не-разумом, качеством и количеством: всё тогда сознательное, качественное. Восприятие состоит из модуляции одним (персональным) набором характеристик другого (трансперсонального) набора характеристик. Мы знаем, что это не проблема, потому что это происходит каждый день: наши собственные мысли и эмоции, несмотря на то, что качественно различаются, модулируют друг друга всё время.

Наконец, материализм достаточно бессвязен. Как мы могли видеть, материя — теоретическая абстракция сознания и в сознании. Так, когда материалисты пытаются свести сознание к материи, они пытаются свести сознание к концептуальным творениям другого сознания. Это как собака, преследующая собственный хвост. Ещё точнее, это как художник, написавший автопортрет, показывающий на него и провозглашающий, что он — это портрет. Тогда бедолаге-художнику приходится объяснять всю свою внутреннюю жизнь в терминах паттернов распределения пигмента на холсте. Как бы абсурдно это не звучало, это очень похоже на ситуацию, в которой оказываются материалисты.

Популярность материализма строится на замешательстве: каким-то образом наша культура стала ассоциировать его с наукой и технологиями, которые последние два столетия были ошеломляюще успешны. Но этот успех не относится к материализму; он относится к нашей способности исследовать, моделировать и предсказывать поведение природы. Наука и технология делают это также хорошо, а может даже и лучше, без всякой метафизической нагрузки, или с другой соответствующей картине этого поведения метафизикой. Материализм в лучшем случае проезжается на психологии тех, кто занимается наукой и технологиями, как безбилетный пассажир, а может даже и как паразит.

Чтобы постоянно соотноситься с природой, людям действительно нужна история о том, что природа собой являет. Психологически очень сложно оставаться действительно агностиками относительно метафизики, в частности, когда делаем эксперименты. Эта внутренняя история работает как базовая операционная система, даже когда она не осознаётся. И так получилось, что материализм, благодаря своим вульгарной интуитивности и наивной поверхностности, предлагает дешёвый и простой вариант такого внутреннего сторителлинга. Вдобавок он, похоже, ещё позволил учёным и исследователям прошлого сохранить ощущение смысла в то время, когда религия ослабила хватку на нашей культуре.

Но сейчас, в XXI веке, мы точно можем лучше. Мы теперь можем честно проверять скрытые допущения, объективно рассматривать доказательства, привнести наши психологические нужды и предубеждения на свет саморефлексии, а затем задать себе вопрос: действительно ли материализм что-то объясняет? Ответ будет очевидным: ничего не объясняет. Материализм — реликт из старого, наивного и менее изощрённого времени, когда он помог исследователям отделить себя от того, что они исследовали; но сейчас для этого не время и не место.

Когда мы осмысливаем те же самые канонические наблюдения на основании только состояний сознания, нам тоже не хватает вариантов. Это составляет более убедительную, не отягощённую и последовательную альтернативу материализму, которая лучше учитывает имеющиеся данные. Основы этой альтернативы известны с начала XIX века, а может и на тысячелетия раньше. Сегодня мы должны её изучать и, честно говоря, действовать сообща, когда дело касается метафизики. Лучше нам знать, чем странным образом продолжать принимать несостоятельное.

Оригинал.

Leave a comment

Антон Маторин Я основатель и ведущий тренинга Испытание Реальностью, коуч и консультант в области стресс-менеджмента и сопровождения личных изменений. Имею большой опыт ведения тренингов и консультирования в области отношений и гендерной психологии, от обучения пикапу до парного семейного консультирования. Исследую и применяю в работе традиционные духовные практики и современные методы интегральной психологии.