Архив по тегам: созерцательное мышление

Небессмысленная духовность

Сделал презентацию о том чем же я всё-таки занимаюсь. Делал суммарно долго, год почти) За идею спасибо Лёше Каптереву. По-моему действительно получилось объяснить, хотя там ещё много что можно объяснять.
Осторожно: содержит высказывания способные оскорбить религиозные чувства верующих разных конфессий.

2 Comments

Немножко хардкорной духовности

mosaic self illusion

Мир, который мы видим каждый день, на самом деле не реальный мир. С точки зрения более фундаментальной, чем наши ментальные конструкции, мир, который мы видели, оказывается пустой иллюзией. Как только на внутреннем пути наша индивидуальность раскрывается как пустая иллюзия — только умственная концепция, не реальная в конечном счёте — так и весь мир, который мы видим, раскрывается как ментальная конструкция. Не только себя, но и мир мы определяем через через ум. По мере того, как мы двигаемся за пределы самих себя для открытия нашей настоящей сущности в процессе нашей реализации, нам также нужно двигаться за пределы картины мира для открытия истинной природы мира. Когда эго растворяется, а душа перерождается со своими сущностными качествами, также и когда мир из конструкций умирает, то он возрождается, как сверхдуша, вселенская душа с сущностными аспектами. Именно это представляет Христос. То, что я вижу в Христе — это не индивидуальное перерождение, но перерождение в тотальности реальности существования.

A.H. Almaas Diamond Heart Book Five: Inexhaustible Mystery, ch. 10

Leave a comment

Когнитивная лингвистика и медитации

Безумно интересное, на мой вкус, интервью.
Джордж Лакофф, профессор когнитивной лингвистики, бывший учеником Хомского, который теперь ведёт затяжную “лингвистическую войну” (о ней тоже в интервью есть).
Там вообще много интересного, и труды его почитать надо будет. Вот, например, эта идея просто отличная.

Сейчас у нас есть доказательства того, что все в теле взаимосвязано: визуальное восприятие привязано к моторике, системе сенсоров, эмоциям. Это означает, что у нас всегда включен более чем один канал восприятия. Это и стало ключом к пониманию того, как работает концептуальная метафора. Метафора основана на телесности понимания: сама возможность существования метафоричности доказывает, что мы воспринимаем вещи посредством других вещей. Концептуальные метафоры основаны на «понятийных примитивах» (conceptual primitives), таких как движение, вращение, напряжение. Все основные идеи, которые к нам приходят, зависят от того, как функционируют и взаимодействуют с пространством наши тела. Мы обнаружили, что это и порождает концептуальные метафоры — да и вообще весь процесс мышления.

Сюда же складывается вся суть медитаций, когды мы суждения и отношения и переживания декомпозируем до прямого переживания простраства примитивов, о которых говорит Лакофф. То есть медитации в нормальных современных подходах к духовной практике — корректный reverse engineering сознания. И поэтому имеют смысл.)

Продолжу говорить об этом на своих вебинарах на “Проекте 42”.)

1 Comment

О высших состояниях сознания (перевод)

Духовно озабоченные люди часто используют термин “высшие состояния сознания”, чтобы описать важное, но сложно достигаемые состояния ума.

Мудрецы Индии, христианские монахи и буддистские аскеты говорят о достижении моментов “высших состояний сознания” через медитации, пение мантр, посты, паломничество.

К сожалению, мирских людей сильно раздражает тот способ, которым люди из духовности обсуждают их высшие состояния сознания . Это всё звучит как-то туманно-сопливо-наивно, короче — раздражающе. Что в самом деле эти гуру имеют в виду?

Так как врождённого влечения к таинственному и невыразимому мы не имеем, то вполне понимаем такое раздражение. Тем не менее кажется, что идея высших состояний сознания очень интересная и, по существу, не имеющая отношения к эзотерике, и может быть объяснена просто, в строгих рациональных и мирских терминах.

Вот как мы это видим: как человеческие существа, мы проводим большую часть своей жизни в “нижних” состояниях сознания. В них мы в принципе озабочены самими собой, нашим выживанием и нашим собственным успехом в его конкретном определении.

Обычная жизнь вознаграждает практическую неинтроспективную самооправдывающую точку зрения, и это всё признаки “нижних” состояний сознания. Нейрофизиологи говорят, что у нас есть “нижняя” часть нашего мозга, которая называется мозгом рептилии. И говорят, что под его влиянием мы защищаемся, когда нас бьют, обвиняем других, подавляем любые побочные неуместные непосредственно вопросы, плохо мыслим ассоциативно и придерживаемся лестного образа того, кто мы есть и куда двигаемся.

Но тем не менее, в те редкие моменты, когда к нам нет угроз и требований, например рано утром и или поздно ночью, когда мы не захвачены страстями и наше тело расслабленно, у нас есть привилегия доступа к “высшему разуму”, который нейрофизиологи называют неокортекс. Место, где находятся воображение, эмпатия и беспристрастные суждения. Наше собственное эго отпускает нас, и, сбросив привычные оправдания и хрупкую гордыню, мы восходим к менее тенденциозной и более вселенской перспективе.

В таких состояниях разум продвигается за границы чётких личных интересов и захваченностей. Мы начинаем более образно думать про других людей.

Вместо критики и нападения, у нас есть свобода предстваить их поведение, как приводимое в движение от их собственных примитивных разумов, которые они обычно не могут нам объяснить. Эти дурной нрав или порочность теперь видятся симптомами боли, а не злого умысла.

Как удивительна эта постепенная эволюция к развитию способностей объяснять действия других их страданием, скорее чем просто указывать, как они задевают нас. Мы воспринимаем, что подходящий ответ человечесву — не страх, цинизм или агрессия, но всегда, когда мы можем позволить себе это — любовь.

В такие моменты мир показывает себя совершенно другим. Местом страдания, направленных вникуда усилий, людей жаждущих, чтобы их услышали, нападающих на других, но также местом отзывчивости и стремлений, красоты и трогательной ранимости. Подходящая реакция — вселенская симпатия и доброта.

Собственная жизнь ощущается менее драгоценной, можно спокойно представить, что тебя больше нет. Личные интересы отодвигаются и можно представить себя растворяющемся среди прочих преходящих природных явлений и вещей: деревьев, дымов, мотыльков, облаков или волн, разбивающихся о берег. С этой точки зрения статус — ничто, имущество не имеет значения, жалобы теряют свою важность. Люди могут быть изумлены трансформацией и обнаруженными великодушием и эмпатией, если столкнутся с нами в таком состоянии.

Состояния высшего сознания, конечно, длятся отчаянно недолго. И мы ни в коем случае не должны стремиться сделать их постоянными, потому что они не подходят ко многим практическим задачам, которые нам всем необходимо выполнять. Но нам следует их использовать, когда они возникают, и собирать там инсайты тогда, когда они нам наиболее всего нужны.

Высшие состояния сознания — огромный триумф над примитивным разумом, который не может увидеть все эти возможности. В идеале, нам стоит быть более чуткими к преимуществам этого высшего разума и стремиться сделать этот опыт океана нашего сознания менее случайным и менее бессмысленно таинственным.

25 Comments

Не всем же быть понятливыми

Longchenpa
Хотя природа ума идентична самосуществующей пробуждённости, процесс её постижения варьируется в соответствии с градациями интеллекта.
Лонгчен Рабджам, Кладезь Сокровищ Передач, Комментарий к “Драгоценной Сокровищнице Дхармадхату”, XIV век, перевод Ламы Олега.

1 Comment

А вот практически…

Пост из серии “После смерти Махатмы Ганди и поговорить не с кем”.

Последнее время в работе с клиентами прихожу к тому, что решение заключается просто в осознании всех ощущений внутренней территории в связи с “проблемным” контекстом. Без приведения к каким-то целевым внутренним состояниям, силы, наполненности, центрированности, прозрачности, etc. Нафиг.
Нет, если там в процессе происходят процессы интеграции, раскрытия, трансформации, то пусть, естественно, происходят. Но в целом, если мы просто осознаём всё, что есть в ощущениях, в самой фактуре объектов пространства сознания, ощущаемой вниманием, выходя за рамки ярлыков наименований чувств, связанных с оценкой комфорта и дискомфорта и позитива и негатива, то уже OK.

Что скажете по этому поводу?)

6 Comments

Послевоенные психические проблемы Германии :: интервью Карла Юнга

Это интервью было опубликовано через четыре дня после безоговорочной капитуляции немецкой армии в Реймсе в газете «Die Weltwoche» (Цюрих) от 11 мая 1945 г. под заглавием «Обретут ли души мир?». Интервью, вероятно, имело место несколько ранее. В неполном переводе оно было опубликовано в одной из газет 10 мая 1945 г.

Шмид: Не считаете ли вы, что окончание войны вызовет громадные перемены в душе европейцев, особенно немцев, которые теперь словно пробуждаются от долгого и ужасного сна?

Юнг: Да, конечно. Что касается немцев, то перед нами встает психическая проблема, важность которой пока трудно представить, но очертания ее можно различить на примере больных, которых я лечу. Для психолога ясно одно, а именно то, что он не должен следовать широко распространенному сентиментальному разделению на нацистов и противников режима. У меня лечатся два больных, явные антинацисты, и тем не менее их сны показывают, что за всей их благопристойностью до сих пор жива резко выраженная нацистская психология со всем ее насилием и жестокостью. Когда швейцарский журналист спросил фельдмаршала фон Кюхлера* о зверствах немцев в Польше, тот негодующе воскликнул: «Извините, это не вермахт, это партия!» – прекрасный пример того, как деление на порядочных и непорядочных немцев крайне наивно. Все они, сознательно или бессознательно, активно или пассивно, причастны к ужасам; они ничего не знали о том, что происходило, и в то же время знали.

Вопрос коллективной вины, который так затрудняет и будет затруднять политиков, для психолога факт, не вызывающий сомнений, и одна из наиболее важных задач лечения заключается в том, чтобы заставить немцев признать свою вину. Уже сейчас многие из них обращаются ко мне с просьбой лечиться у меня. Если просьбы исходят от тех «порядочных немцев», которые не прочь свалить вину на пару людей из гестапо, я считаю случай безнадежным. Мне ничего не остается, как предложить им анкеты с недвусмысленными вопросам», типа: «Что вы думаете о Бухенвальде?» Только когда пациент понимает и признает свою вину, можно применить индивидуальное лечение.

Шмид: Но как оказалось возможным, чтобы немцы, весь народ, попали в эту безнадежную психическую ситуацию? Могло ли случиться подобное с какой-либо другой нацией?

Юнг: Позвольте сделать здесь небольшое отступление и наметить в общих чертах мою теорию относительно общего психологического прошлого, предшествовавшего национал-социалистической войне. Возьмем за отправную точку небольшой пример из моей практики. Однажды ко мне пришла женщина и разразилась неистовыми обвинениями в адрес мужа: он сущий дьявол, он мучит и преследует ее, и так далее и тому подобное. В действительности этот человек оказался вполне добропорядочным гражданином, невиновным в каких-либо демонических умыслах. Откуда к этой женщине пришла ее безумная идея? Да просто в ее собственной душе живет тот дьявол, которого она проецирует вовне, перенося свои собственные желания и неистовства на своего мужа. Я разъяснил ей все это, и она согласилась, уподобившись раскаявшейся овечке. Казалось, все в порядке. Тем не менее именно это и обеспокоило меня, потому что я не знаю, куда пропал дьявол, ранее соединявшийся с образом мужа. Совершенно то же самое, но в больших масштабах произошло в истории Европы. Для примитивного человека мир полон демонов и таинственных сил, которых он боится; для него вся природа одушевлена этими силами, которые на самом деле не что иное, как его собственные внутренние силы, спроецированные во внешний мир. Христианство и современная наука дедемонизировали природу, что означает, что европейцы последовательно вбирают демонические силы из мира в самих себя, постоянно загружая ими свое бессознательное. В самом человеке эти демонические силы восстают против кажущейся духовной несвободы христианства. Демоны прорываются в искусство барокко: позвоночники изгибаются, обнаруживаются копыта сатира. Человек постепенно превращается в уроборос1 который уничтожает самого себя, образ, с древних времен являвшийся символом человека, одержимого демоном. Первым законченным примером этого типа является Наполеон.

Немцы проявляют особенную слабость перед лицом этих демонов вследствие своей невероятной внушаемости. Это обнаруживается в их любви к подчинению, в их безвольной покорности приказам, которые являются только иной формой внушения. Это соответствует общей психической неполноценности немцев, следствием их неопределенного положения между Востоком и Западом. Они единственные на Западе, кто при общем исходе из восточного чрева наций оставались дольше всех со своей матерью. В конце концов они отошли, но прибыли слишком поздно, тогда как мужик (the mujik) не порывался освободиться вообще. Поэтому немцев глубоко терзает комплекс неполноценности, который они пытаются компенсировать манией величия: «Am deutschen Wesen soll die Welt genesen»2 – хотя они не чувствуют себя слишком удобно в собственной шкуре! Это типично юношеская психология, которая проявляется не только в чрезвычайном распространении гомосексуальности, но и в отсутствии образа anima в немецкой литературе (великое исключение составляет Гёте). Это обнаруживается также в немецкой сентиментальности и «Gemutlichkeit»* , которые в действительности суть не что иное, как жестокосердие, бесчувственность и бездушие. Все обвинения в бездушии и бестиальности, с которыми немецкая пропаганда нападала на русских, относятся к самим немцам; речи Геббельса нечто иное, как немецкая психология, спроецированная на врага. Незрелость личности ужасающим образом проявилась в бесхарактерности немецкого генерального штаба, мягкотелостью напоминающего моллюска в раковине.

Германия всегда была страной психических катастроф: Реформация, крестьянские и религиозные войны. При национал-социализме давление демонов настолько возросло, что человеческие существа, подпав под их власть, превратились в сомнамбулических сверхчеловеков, первым среди которых был Гитлер, заразивший этим всех остальных. Все нацистские лидеры одержимы в буквальном смысле слова, и, несомненно, не случайно, что их министр пропаганды был отмечен меткой демонизированного человека – хромотой. Десять процентов немецкого населения сегодня безнадежные психопаты.

Шмид: Вы говорите о психической неполноценности и демонической внушаемости немцев, но как вы думаете, относится ли это также к нам, швейцарцам, германцам по происхождению?

Юнг: Мы ограждены от этой внушаемости своей малочисленностью. Если бы население Швейцарии составляло восемьдесят миллионов, то с нами могло бы произойти то же самое, поскольку демонов привлекают по преимуществу массы. В коллективе человек утрачивает корни, и тогда демоны могут завладеть им. Поэтому на практике нацисты занимались только формированием огромных масс и никогда – формированием личности. И также поэтому лица демонизированных людей сегодня безжизненные, застывшие, пустые. Нас, швейцарцев, ограждают от этих опасностей наш федерализм и наш индивидуализм. У нас невозможна такая массовая аккумуляция, как в Германии, и, возможно, в подобной обособленности заключается способ лечения, благодаря которому удалось бы обуздать демонов.

Шмид: Но чем может обернуться лечение, если его провести бомбами и пулеметами? Не должно ли военное подчинение демонизированной нации только усилить чувство неполноценности и усугубить болезнь?

Юнг: Сегодня немцы подобны пьяному человеку, который пробуждается наутро с похмелья. Они не знают, что они делали, и не хотят знать. Существует лишь одно чувство безграничного несчастья. Они предпримут судорожные усилия оправдаться перед лицом обвинений и ненависти окружающего мира, но это будет неверный путь. Искупление, как я уже указывал, лежит только в полном признании своей вины. «Меа culpa, mea maxima culpa!»* В искреннем раскаянии обретают божественное милосердие. Это не только религиозная, но и психологическая истина. Американский курс лечения, заключающийся в том, чтобы провести гражданское население через концентрационные лагеря, чтобы показать все ужасы, совершенные там, является поэтому совершенно правильным. Однако невозможно достичь цели только моральным поучением, раскаяние должно родиться внутри самих немцев. Возможно, что катастрофа выявит позитивные силы, что из этой погруженности в себя возродятся пророки, столь характерные для этих странных людей, как и демоны. Кто пал так низко, имеет глубину. По всей вероятности, католическая церковь соберет богатый улов душ, поскольку протестантская церковь переживает сегодня раскол. Есть известия, что всеобщее несчастье пробудило религиозную жизнь в Германии; целые общины преклоняют по вечерам колени, умоляя Господа спасти от антихриста.

Шмид: Тогда можно надеяться, что демоны будут изгнаны и новый, лучший мир поднимется на руинах?

Юнг: Нет, от демонов пока не избавиться. .Это трудная задача, решение которой в отдаленном будущем. Теперь, когда ангел истории покинул немцев, демоны будут искать новую жертву. И это будет нетрудно. Всякий человек, который утрачивает свою тень, всякая нация, которая уверует в свою непогрешимость, станет добычей. Мы испытываем любовь к преступнику и проявляем к нему жгучий интерес, потому что дьявол заставляет забыть нас о бревне в своем глазу, когда мы замечаем соринку в глазу брата, и это способ провести нас. Немцы обретут себя, когда примут и признают свою вину, но другие станут жертвой одержимости, если в своем отвращении к немецкой вине забудут о собственных несовершенствах. Мы не должны забывать, что роковая склонность немцев к коллективности в неменьшей мере присуща и другим победоносным нациям, так что они также неожиданно могут стать жертвой демонических сил. «Всеобщая внушаемость» играет огромную роль в сегодняшней Америке, и насколько русские уже зачарованы демоном власти, легко увидеть из последних событии, которые должны несколько умерить наше мирное ликование. Наиболее разумны в этом отношении англичане: индивидуализм избавляет их от влечения к лозунгам, и швейцарцы разделяют их изумление перед коллективным безумием.

Шмид: Тогда мы должны с беспокойством ожидать, как проявят себя демоны в дальнейшем?

Юнг: Я уже говорил, что спасение заключается только в мирной работе по воспитанию личности. Это не так безнадежно, как может показаться. Власть демонов огромна, и наиболее современные средства массового внушения – пресса, радио, кино etc. – к их услугам. Тем не менее христианству было по силам отстоять свои позиции перед лицом непреодолимого противника, и не пропагандой и массовым обращением -это произошло позднее и оказалось не столь существенным, – а через убеждение от человека к человеку. И это путь, которым мы также должны пойти, если хотим обуздать демонов.

Трудно позавидовать вашей задаче написать об этих существах. Я надеюсь, что вам удастся изложить мои взгляды так, что люди не найдут их слишком странными. К несчастью, это моя судьба, что люди, особенно те, которые одержимы, считают меня сумасшедшим, потому что я верю в демонов. Но это их дело так думать; я знаю, что демоны существуют. От них не убудет, это так же верно, как то, что существует Бухенвальд.

Публикуется по сборнику Аналитическая психология Прошлое и настоящее, Москва 1995. ISBN 5–7248–0034–9

8 Comments

когда пора что-нибудь практиковать?

…исходя из древней индийской философии, жизнь человека делится на четыре примерно равные фазы; в первой четверти своей жизни человек приобретает навыки жития в этом мире, во второй – применяет эти навыки на практике, приобретает состояние, строит свой дом, заводит семью и воспитывает детей; отдав же таким образом долг обществу, он уходит из общества и начинает заниматься духовным совершествованием, обретает личное знание Бога; в четвертой же фазе он свободен от всех цепей странствует по миру, един с Богом.

В условиях древней Индии уйти из общества для занятий духовным совершенством было не так сложно – вышел за ворота деревни, перешел дорогу и ушел в джунгли; а там уж деваться некуда – рано или поздно все равно столкнешься с мудрецом, который тебе все и объяснит.
В современном мире все немного сложнее – и джунгли уж не те, и учителя немного изменились. Поэтому наступление третьего этапа жизни определить не так просто; хотя, на самом деле, есть только один критерий – либо ты по инерции продолжаешь заниматься тем же, что и раньше, или замечаешь, что старые методы больше не работают и то, чего так хотелось раньше, стало неинтересно. Ты чувствуешь, что пришло время узнать – зачем же все это было.
И тогда ты на самой людной улице можешь оказаться уединеннее, чем в джунглях, и научиться различать неслышимые голоса в центре любой толпы.

источник

Leave a comment

Скачать книги Феликса Шмиделя

воля к радости

Книги Феликса — это и новая безупречная модель мышления, и непрямой, но очень действенный массаж мозга, и бездна материала как для работы с собой, так и для коуча или психолога в работе с клиентами.)
Выкладываю их с великодушного разрешения автора.
Воля к Радости. pdf 1.5 MB
Метафизика смысла. pdf 930 KB

update от 26.12.2016
Власть, 1.4 MB, pdf

А здесь можно Волю К Радости купить на Озоне в бумажном виде.

Leave a comment

Антон Маторин Я основатель и ведущий тренинга Испытание Реальностью, коуч и консультант в области стресс-менеджмента и сопровождения личных изменений. Имею большой опыт ведения тренингов и консультирования в области отношений и гендерной психологии, от обучения пикапу до парного семейного консультирования. Исследую и применяю в работе традиционные духовные практики и современные методы интегральной психологии.